В питерском Союзе рабочих экипажного производства переизбрали правление, да так неудачно, что работа стала замирать. Новички не знали, что и как делать, старички (бывшие правленцы) ходили обиженные. Лишь Гуреев барахтался.
Но он же не прОклятый – за всех в тягло впрягаться! Решив не дожидаться полного распада организации, пошёл Гуреев в Союз металлистов (тот был вдесятеро крупнее, работа в нём кипела), где и предложил принять экипажников на правах секции. Металлисты согласились.
Тогда Гуреев собрал актив своего союза и огорошил новостью. Дескать, организацию погубить не дам, давайте сливаться с металлистами. Но актив вдруг проснулся, загалдел: экипажники привыкли гордиться своей   с о б с т в е н н о й   организацией. Созвали общее собрание, причём явка была, как в лучшие времена, пришли почти все. И позорной участи секции предпочли поднять деятельность союза.
Правление переизбрали, и дела опять пошли в гору.