Сормовский столяр, эсер Куприянов, был арестован Чека. Пока в застенках его уговаривали публично, через совпечать, заявить о выходе из партии, на воле прошёл слух о его расстреле. Жена Куприянова, думая, что теперь она вдова, тронулась умом.
И напрасно! Куприянова пообтесали, и он благополучно выступил на Нижегородской конференции бывших рядовых эсеров. На ней, кстати, по обмолвке местного официоза – газеты «Нижегородская коммуна», «создавалось впечатление, что различными голосами говорит один и тот же человек». То есть дядька из Чека.