История профсоюзов

Исследования и публицистика

Воспоминания

Документы

Беллетристика

Периодика


/ Главная / Архивохранилище / Библиотека / Исследования и публицистика

Большаков В.П. Асхабадское и Ижевско-Воткинское восстания 1918 года

2012-10-11

Краткий анализ общественно-экономических отношений в районах Закаспийской области (современный Туркменистан) и Вятского Прикамья (современная Удмуртия), освобождённых от Советской власти в результате рабочих восстаний

В 1918 году Советскую Россию потрясли сотни рабочих выступлений. Вопреки надеждам, разруха и обнищание ширились и при новой власти. Рабочие писали в анкетах бюджетных обследований: «Что накопили при царе и Керенском, проедаем теперь». Недовольство росло, там и тут прорываясь в перевыборах Советов рабочих и солдатских депутатов, создании оппозиционных организаций, манифестациях, забастовках. Большевики действовали как любая тирания: подтасовывали выборы, закрывали рабочие издания, разгоняли неугодные Совдепы и союзы, арестами пытались предупредить организованный протест на заводах. Митинги и шествия рабочих расстреливали, их лидеров убивали.

Тем не менее, в промышленных (центральных) районах борьба пролетариата редко выходила за рамки мирных средств. Пиком сопротивления здесь стало широкое весенне-летнее стачечное движение. «Рабоче-крестьянская» власть старалась оправдать свое звание классовой политикой, направленной на поддержание рабочих центра за счёт экспроприации буржуазии, а с весны 1918 года начав поход за сырьём и хлебом на окраины, где экономическое положение было ещёе сравнительно благополучным. Вооружённые отряды чрезвычайных комиссаров вторгались в Донбасс, Урал, Сибирь, Кавказ, Туркестан и слали в метрополию нефть, уголь, руду, хлопок, продовольствие, беспощадно расправляясь со всеми, кто пытался остановить этот грабёж.

Пролетариат окраин отвечал мятежами и партизанской войной. Вооружённая «контрреволюция» зажгла заводской Урал. При поддержке рабочих чехословаки и Народная армия Комитета членов Учредительного собрания занимали Поволжье и Сибирь. Под давлением металлистов и нефтяников Баку красные комиссары потеряли власть в Азербайджане.

*     *     *

В июне-июле в Туркменских песках Закаспийской области всеобщей политической стачкой была охвачена Среднеазиатская железная дорога. В ответ на насилия большевиков забастовка переросла в восстание. Вооружённые дружины слесарей и электриков, кондукторов и путейцев, техников и телеграфистов за пару недель очистили от красных железную дорогу на протяжении 900 километров с пунктами Асхабад, Кизил-Арват, Казанджик, Байрам-Али, Красноводск, Мерв... Правительство 15-ти тысяч железнодорожников, связистов и служащих продержалось до января 1919 года и пало в результате организованного англичанами переворота.

В августе 1918 года в Вятском Прикамье (ныне Удмуртия) взбунтовались мастеровые Ижевских сталелитейного и оружейного и Воткинского машиностроительного заводов. Поводом послужила насильственная мобилизация рабочих-фронтовиков[1] в Красную Армию.

Восставшие накопили интереснейший опыт общественно-экономических отношений, который напоминает анархический этап революции, пройденный западными районами России на полгода-год раньше. Остановимся на этом подробней.

*     *     *

Первым делом восставшими создавались «военные силы». В Прикамье красные наступали со всех сторон, поэтому практиковалось сплошное вооружение населения. В общей сложности в Ижевской, Воткинской и Сарапульской Народных Армиях имелось 50-60 тыс. бойцов[2]. В Закаспии военные действия велись вдоль железной дороги, в 10-20 верстах от неё начиналась пустыня, и армия восставших там не превышала 6 тысяч человек.

Войска «самоснабжались», отбивая у противника оружие, боеприпасы и амуницию. Наибольшей устойчивостью отличались части рабочих-добровольцев, в особенности кизил-арватцев (рабочих Паровозо-вагоно-ремонтных мастерских) и воткинцев. Низкая дисциплина и плохое взаимодействие с крестьянскими (в Прикамье) и туркменскими (в Закаспии) ополчениями часто создавали на фронтах критическую ситуацию. Тогда на заводах и в депо раздавались тревожные гудки, цеха пустели, рабочие и мещане отправлялись на фронт и отражали натиск врага.

В остальное время мастерские работали. Ижевцы начиняли порохом стреляные гильзы, делали винтовки, производство которых выросло в 5 раз по сравнению с весной 1918 года и было вдвое больше, чем в царское время. Воткинцы бронировали паровозы и вагоны, изготовляли военное снаряжение, а перед отступлением возвели огромный понтонный мост через Каму. В Закаспии поддерживали в рабочем состоянии железную дорогу. Кизил-арватские рабочие построили мощный бронепоезд. Действовали хлопко-заводы, телеграф, типографии, на море функционировал торговый флот.

*     *     *

В Прикамье рабочим, служащим и «армейцам» независимо от должности и квалификации установили равную месячную оплату - 420 рублей. В Закаспии дружинники получали 500 рублей в месяц, заработки рабочих нам неизвестны, но вряд ли они сильно отличались. При всех сложностях в обоих районах голода не было.

Пуд хлеба по свободным ценам стоил в Прикамье от 40 до 75 рублей, фунт мяса 3 рубля 30 копеек, масла - 14 рублей. Хлеб в Закаспии можно было купить по цене до 100 рублей за пуд.

Огромные трудности восставшие испытывали с наличностью. Налоги, несмотря на все усилия, почти не поступали. Твёрдые цены на сельскохозяйственные продукты сохранить не удалось. Денег в казначействах оказалось в обрез. Поэтому ижевцам и воткинцам платили лишь 2/3 заработка, остальное выдавали бумажными знаками потребительских обществ либо продуктами, приобретёнными в складчину у крестьян. В Закаспии задержки с жалованьем начались в ноябре 1918 года.

Денежный кризис заставлял обращаться за помощью к соседям, распродавать государственные запасы керосина или выменивать продукты на винтовки.

*     *     *

Повстанцы разгромили органы Советской власти и красного террора – революционные комитеты (ревкомы), вновь созвали разогнанные большевиками Совдепы, которые собирались теперь 1-2 раза в месяц для решения важнейших вопросов. Текущую работу выполняли Исполнительные комитеты Совдепов. Совдепы восстанавливались как классовые органы пролетариата, лишённые функции государственного управления.

В Закаспии уже в первые дни восстания были восстановлены всесословные Временные Исполкомы (ВИКи) времён демократического этапа Революции 1917 года. Они формировались из делегатов от общественных организаций, кооптировали в свой состав представителей средних слоёв и туркменского населения и могли претендовать на выражение воли всех слоёв населения. Кроме того, закаспийцы сохранили институт комиссаров: внутренних, иностранных, военных дел, пути и т.п.

*     *     *

Структура государственного управления установилась довольно быстро. Уже осенью власть в обоих восставших районах была передана Временному Прикамскому комитету членов Учредительного собрания (Комучу), а в Закаспии – Совету управляющих делами. За Совдепами оставались контрольные функции как «профессиональных организаций» рабочих и крестьян. Чем они и пользовались.

Вообще существовала разветвлённая система контроля власти. В Прикамье распоряжения уполномоченных Комуча визировались местными Исполкомом и штабом армии. Военные же приказы подписывали командующий, Исполком местного Совдепа, Союз фронтовиков, иногда и профсоюз. Местные органы самоуправления в прикамской деревне, опираясь часто на собственные «военные силы», совершенно не зависели в своих действиях от Комуча. Более централизованной власти в Закаспии требовал единый организм Среднеазиатской железной дороги. Но и здесь наряду с туркменскими племенами широкой автономией пользовались дорожные центры, особенно Красноводск – порт на Каспийском море, и профсоюзы.

Особую роль играли «общенародные митинги», которые собирались Совдепами или ВИКами для выяснения отношения граждан к важнейшим проблемам. Такие митинги окончательно решали вопросы о передаче власти, эвакуации, освобождении арестованных, мобилизации.

*     *     *

Была введена свобода торговли. В Закаспии восстановили свободу слова, даже для большевиков. В Прикамье свободу слова и передвижений скоро ограничили, что было связано с резким ухудшением ситуации на фронте. Зато несогласные с политической программой ижевских повстанцев и сектанты освобождались от мобилизации. Был отменён ряд местных большевистских декретов, которые красные успели здесь провести, тогда как в Европейской России осуществили лишь к 1920 году: тысячи прикамских рабочих получили назад муниципализированные красными собственные дома, в Закаспии торговый флот был возвращён акционерам, шла подготовка к денационализации мелких хлопковых заводов. Пока же разрабатывался проект закупки для них в Америке оборудования и семенного запаса.

Восставшие остро нуждались в союзниках, изнемогая в неравном единоборстве. Ижевцы и воткинцы поддержки так и не получили и отошли на восток под натиском Красной Армии. Асхабадский же ВИК («столичный» в Закаспийском районе) заключил договор с англичанами о совместной войне против турок и большевиков. Но Британская империя имела в Туркестане собственные интересы. Введя войска в Закаспий, англичане постепенно превратили своё присутствие в оккупацию, спекулируя на военной и экономической зависимости восставших.

*     *     *

Сопротивление натиску российской метрополии неизбежно вело окраины к разрухе и революционизированию. Внутреннее единство было нарушено. Деревня стремилась отгородиться от ставшего обузой города. Буржуазия уходила дальше вправо. В рабочей среде росли примиренческие настроения.

Так, многие ижевские оружейники не ушли с отступившей из родного города Народной армией. Кожевники Сарапула саботировали работу на нужды обороны. Асхабадцы в конце концов отменили очередную мобилизацию, избрали делегатов на фронт для мирных переговоров с красными (чем спровоцировали англичан на переворот).

Созданные для борьбы с дезертирством и большевиками следственные комиссии и «розыскные бюро» восставших выходили из-под контроля властей. Тюрьмы были переполнены, выносились тайные смертные переговоры. Туркмены-иомуды совершали набеги на русские посёлки. Выдвинутое «революционным порядком» Закаспийское правительство в ноябре уже разоружало население в тылу, Прикамский Комуч преследовал всякую критику существовавшего государственного устройства. «Народная власть» месяц за месяцем превращалась в свою противоположность.

С опозданием на год Прикамье и Закаспий повторяли путь регионов Центральной России: частичный продуктообмен, дробление экономики, обострение классовых противоречий, вооружение народа, распад власти. Недаром большевистские газеты в конце 1918 года писали, что среди рабочих, ещё летом поддавшихся «контрреволюционной агитации» и восставших против «комиссародержавия», теперь наблюдается апатия или даже «возрождение революционных традиций  [читай: большевистских настроений]». Шёл мучительный процесс адаптации экономики сырьевых окраин к общенациональному кризису. Противоречие «метрополия-колонии» уступало место новому: «город-деревня». Относительную лояльность пролетариата теперь можно было купить тотальным ограблением села. В 1919 году большевики сделали это...

В.Большаков

(Опубликовано в бюллетене «НеРВ» в 1993 году)



[1]
То есть бывших солдат и офицеров Русской армии, воевавших на фронтах Мировой войны

[2] Цифры явно завышенные, Скорее всего, речь шла о гражданах, подлежащих мобилизации.

История профсоюзов, 2016 г.