История профсоюзов

Исследования и публицистика

Воспоминания

Документы

Беллетристика

Периодика


/ Главная / Архивохранилище / Библиотека / Исследования и публицистика

Никифоров А. Месть - рабочим. Легенды и мифы Ижевского восстания

2012-11-07

В августе 1918 года в Ижевске начался контрреволюционный антисоветский белогвардейский мятеж, поддержанный мелкобуржуазными, непролетарскими элементами

«В августе 1918 года в Ижевске начался контрреволюционный антисоветский белогвардейский мятеж, поддержанный мелкобуржуазными, непролетарскими элементами». Этот советский миф живет до сих пор. И дополняется: повстанцы якобы ушли в белую армию под красным флагом...

Здесь все неправда. Во-первых, не мятеж, а восстание. Участники августовских событий с обеих сторон называли события в Ижевске только так. И «антисоветским» его назвать трудно: повстанцы защищали разогнанный Совет рабочих депутатов. Контрреволюционерами они тоже себя не считали. Их Август 18-го был продолжением Февраля  17-го.

Главное же в том, что рабочий Ижевск поднял рабочее восстание. Элита местных пролетариев - оружейники и металлурги. Лучших рабочих до 1917 года регулярно удостаивали от имени царя медалей, кафтанов с золотым галуном и льгот. К элите относились ветераны-фронтовики и члены Союза оружейных техников. Последний образован был из самых искусных рабочих - выпускников Ижевской оружейной школы, получавших офицерские звания. В дни восстания именно отряд оружейных техников под руководством Куракина стал главной боевой единицей ижевцев, а позже звание «куракинца» стало гарантией самого сурового приговора.

90 дней без большевиков знали трудовой энтузиазм, светлые надежды и - интриги, террор, анархию... Изменился «цвет» власти, но принцип её в общем-то остался прежним. Сегодняшняя «жёлтая» пресса создала миф, будто восставшие рабочие воевали под красным флагом. Несколько дней он, действительно, был над зданием восстановленного повстанцами Совета, что на улице Троицкой (позже Советской). Однако при последующих, почти еженедельных вооружённых стычках с наседавшими на Ижевск отрядами красных использования их же символики не было.

Путь к свободе

Впервые публикуемая хронология ижевских и общероссийских событий с осени 1917 по август 1918 года красноречиво свидетельствует об истоках восстания. Цепь фактов восстановлена по местной прессе тех дней и по воспоминаниям участников с обеих сторон.

1917 год, 27 октября. Совет рабочих депутатов Ижевского завода, ставший в основном большевистским, провозгласил свой контроль над заводом.

20 ноября. В соответствии с ленинским декретом «О рабочем контроле» от 14 ноября к начальникам мастерских и начальнику завода полковнику М.К. Борисову приставлены комиссары из числа большевиков и их временных союзников - максималистов.

1918 год, 30 января. Фабзавком («Общезаводской комитет») взял на себя полную власть над заводом и частными оружейными фабриками. Одновременно ликвидирован Нагорно-Заречный сельский общественный банк, основа былого финансового процветания «рабочей аристократии».

1 марта. Начал работу новый городской Совет. На выборах победу одержали беспартийные. Председателем исполкома избран любимец рабочих - меньшевик А.И. Сосулин.

3 марта. Подписан Брестский мир. Он был абсолютно неприемлем для патриотически настроенных коренных ижевцев - оружейников и фронтовиков.

4 марта. Убит Сосулин - судя по всему, красногвардейцами-максималистами. Ранен из револьвера другой активист Совета - священник А.И. Васнецов. Он был известен как непримиримый борец с социализмом, пьянством и баптизмом среди рабочих.

Середина марта. Пик красногвардейского террора. Он коснулся даже большевиков, которым пришлось перейти на полулегальное положение.

7-20 апреля. Вооружённое выступление максималистов, рвущихся к единоличной власти.

19 апреля. Создана Ликвидационная комиссия Наркомюста. «Ликвидации» подлежала Церковь. Репрессии, разгоравшиеся по отношению к ней, озлобляли православных ижевцев.

9 мая. Декрет ВЦИК о чрезвычайных мерах по борьбе с «кулачеством», укрывающим хлеб.

Апрель-май. Из большевистской парторганизации Ижевска выбыло 1300 членов. Осталось 400.

25 мая. Начало восстания Чехословацкого корпуса. Перевыборы заводского Совета по мастерским: один депутат от 150 рабочих.

27 мая. Первое заседание нового Совета, опять в основном беспартийного. Основные требования: отставка комиссаров мастерских, прекращение опытов с рабочим контролем и тотальной национализацией, восстановление городского самоуправления. Главное же требование рабочих депутатов: созыв избранного полгода назад, но разогнанного в январе Учредительного собрания.

29 мая. ВЦИК принял декрет о принудительном призыве в Красную Армию.

31 мая. Самороспуск Совета из-за обструкции большевиков.

Середина июня. Новые выборы Совета. Исполком возглавил эсер В.И. Бузанов. Его зам - меньшевик П.П. Михайлов. Всё оружие и карательные органы, однако, под полным контролем большевиков.

Июнь. Большевики начинают создавать в Ижевске «Чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем» во главе с 20-летним фанатиком А.С. Бабушкиным.

6-7 июля. Вооружённое выступление левых эсеров в Москве.

17 июля. Расстрел Романовых в Екатеринбурге. В этот же день ижевские коммунисты и максималисты с помощью вооружённого отряда из Петрограда начали охоту за народными депутатами. За четыре дня все лидеры Совета были арестованы. Новый исполком составлен из большевиков и максималистов.

26 июля. В Воткинске чекистами распущен Союз фронтовиков. В Ижевске он ещё полулегально действует, планируя контрмеры.

28 июля. Резолюция общезаводского митинга: «Отменить смертную казнь (восстановленную большевиками в феврале), освободить из тюрем всех революционеров. Превратить революцию из правительственной в народную».

4 августа. Около тысячи ижевских максималистов и большевиков отправились под Казань для защиты её от чехословаков. Одновременно ЧК арестовало более ста «контрреволюционеров» Ижевска.

6 августа, вечер. Правление Союза фронтовиков решает начинать восстание. Ночной арест чекистами одиннадцати членов правления.

7 августа. В три часа ночи экстренный общегородской митинг. Избрание военно-революционного штаба во главе с большевиком С.И. Холмогоровым. Ультиматум фронтовиков с требованием мобилизации всех возрастов и немедленной выдачи оружия.

8 августа. Антибольшевистские митинги по мастерским оружейного завода. Разоружение фронтовиками большевистских патрулей. Захват винтовок в поверочной мастерской. Штурм зданий Совета, милиции, военного отдела, порохового погреба... Победа восстания.

Первые жертвы

Те 90 дней, что продержались восставшие против большевиков рабочие, - отдельная большая тема. 7 ноября 1918 года был штурм города силами двух красных дивизий. И начался новый период - растянувшаяся на десятилетия месть.

С приходом красных несколько тысяч ижевцев бежали. Оставшиеся в городе подверглись суровой проверке и беспощадной расправе. Помимо ЧК, орудовал «Ижевский карательно-экспедиционный отряд по борьбе с контрреволюцией при штабе 2-й армии». Красивейшую улицу города, Береговую, переименовали в улицу Красного Террора.

По оценкам, за пять месяцев было бессудно казнено до 500 ижевцев. Только в самые «горячие» дни ноября, судя по одному из официальных списков, чекисты провели 74 казни. Но рассказы то ли о 400, то ли о 900 безымянных повстанцах, якобы сразу (8-9 ноября) расстрелянных то ли в некоей «церковной ограде», то ли конкретно у стен Михайловского собора, не соответствуют действительности. К сожалению, этот миф некритически повторил и А.И. Солженицын.

Здесь мы имеем дело с эффектом своеобразного «эмоционального замещения». Поблизости от собора, в ограде военного отдела, действительно несколько дней можно было видеть штабель трупов - от 30 до 40. Но были это не повстанцы, а те, кого ижевцы арестовали раньше и казнили, когда стало ясно, что город обречён. 10 ноября 19 неопознанных большевиков и максималистов торжественно захоронили здесь же. Причём с кощунственным вызовом - поперёк главного входа в Михайловский собор. Позднее будет уничтожен и сам собор.

Но вот строчки из реального, документального мартиролога за несколько дней ноября.

13 ноября расстреляны рабочие Егор Фёдорович Игошин, Емельян Егорович Кочергин и Тимофей Шуткин, а также комиссар переплётной мастерской Сергей Михайлович Астраханцев. Кочергина выволокли прямо из лазарета, уличив в членстве в Народной армии. Игошина обвинили в том, что, будучи помощником квартального, он был уполномочен народом для закупки хлеба для своего квартала. Шуткин просто «ярый контрреволюционер». Астраханцев же провинился тем, что работал для военно-топографического отдела Народной армии.

15 ноября поставлен «к стенке» рабочий штыкового цеха Михаил Елизарович Жигалов. Вытащен на расправу из лазарета.

16 ноября арестован и сразу расстрелян рабочий Григорий Кириллович Афанасьев. И у большинства других репрессированных арест, «суд» и расстрел укладывались в один день.

19 ноября расстреляны оружейник Владимир Григорьевич Дурманов, ремонтник модельного отделения Егор Васильевич Куклин и рабочий-транспортник Василий Яковлевич Кулемасов. Последнего, члена партии меньшевиков - за то, что «агитировал по деревням против советской власти». Куклин же был вытащен из лазарета, где он оказался (вот зигзаг революционной истории!) как дезертир от защиты восставшего Ижевска: 30 октября во время боя с красными под Волковом произвёл самострел.

20 ноября. Ещё один транспортник - помощник машиниста Иван Иванович Светляков. Вроде бы, помогал арестовывать коммунистов.

24 ноября. Рабочий чугунолитейки Иван Дмитриевич Наумов, депутат горсовета...

Рабочая власть расстреливала рабочих - одного за другим. Список можно продолжать и продолжать. Террор был тотальным. 22 марта 1919 года Заречный райком партии постановил «войти в переговоры с ЧК, чтобы аресты коммунистов производились днём, дабы избежать напрасных жертв».

Кара через годы

Ижевский оружейный завод (с 1921 г. это «Ижстальзавод»; с 1929 г. - завод № 10, с 1937 г. - № 180; с 1939 г. - машиностроительный, № 74) окажется самым «репрессированным» предприятием советской Удмуртии. Карательные органы  вплоть до «перестройки» будут выкорчёвывать малейшие намёки на возрождение вольнолюбивых традиций.

Начало положили «харбинцы». Боевой путь многих солдат Ижевской дивизии закончился к 1922 году в китайском Харбине. Заводчане оказались востребованы там, но несколько сотен решили вернуться. И началось...

Мастера цеха № 33 Анатолия Ивановича Петрова летом 1933 года уличили в контактах с неким монархическим «Союзом беспартийных» в Харбине. Это стоило трёх лет тюрьмы. Браковщик мастерской ствольной коробки Владимир Александрович Емельянов получил срок на год больше. Он имел дерзость рассказывать рабочим в 1934 году: «В Харбине жизнь лучше, чем в СССР. Коммунисты совсем разорили рабочих и крестьян». А лекальщика Григория Ивановича Иванова отправят на десятилетнюю «перековку» за весьма неудачное сопоставление столицы солнечной Удмуртии и Харбина: «Там можно лучше время провести, а в Ижевске хуже театральное искусство. Я там ещё и в русской школе шофёров, что от товарищества «Аккорд», выучился. Вот свидетельство № 147. А здесь что?»

Николай Назарович Трубицын сражался в отряде Куракина, а в Харбине вступил в «Союз беспартийных», который чекисты называли «Жёлтым союзом». Из Харбина ижевец вернулся в 1924-ом. Через семь лет его приняли в партию. Правда, через два года его оттуда «вычистили» и ненадолго арестовали. В 1933-ом вернули партбилет, а весной 1937-го дали партийный выговор за крещение ребёнка. Наконец, 10 января 1938 года Трубицына расстреляли, выдав родне через ЗАГС справку о причине смерти: «Заворот кишок».

Среди недавно реабилитированных - около шестисот заводчан.

Своеобразной пародией на Августовское восстание стала «контрреволюционная повстанческая террористическая организация Единое Рабоче-Крестьянское Управление», появившаяся в августе 1940-го в цехе № 43 завода № 74 (бывшего оружейного). В организацию вошли 16 человек из этого цеха, 12 человек из других цехов и 11 человек с металлургического завода. Организаторы ЕРКУ хорошо помнили об Августе, некоторые из них даже непосредственно участвовали в тех событиях. Однако большинство «заговорщиков» во время восстания было малолетними детьми. Среди членов ЕРКУ, разумеется, нашлись осведомители. 19 марта 1941 года начались аресты.  Были расстреляны 6 заводчан, 19 других умерли в концлагерях в первый же год.

Современные чекисты при первых попытках подготовки реабилитации несчастных в начале 90-х годах оказались вынуждены задать себе же вопрос: "Не была ли организация ЕРКУ инспирирована сотрудниками НКВД?". Семитомное дело не даёт ответа.

Негасимая свеча

«И на Тихом океане свой закончили поход», - это и про ижевцев, только оставшихся на другом берегу океана. Часть заводчан ещё в 20-е осела в районе Сан-Франциско. 28 января 1973 года «последние могикане» - члены «Объединения Ижевцев и Воткинцев» - зажгли негасимую свечу в православном храме Иоанна Крестителя в Беркли. Надпись на мемориальной доске у свечи гравировал мастер, ещё помнивший о ручной, ижевской работе. Здесь поминают восставших «против коммунистической власти, павших на поле брани или умученных и убиенных или в изгнании скончавшихся».

Дай Бог, чтоб что-нибудь подобное, «белое», появилось и в Ижевске, до краёв переполненном «красной» символикой. Это будут, по мечтам А. И. Солженицына, «знаки нашего русского сопротивления накату зверского коммунизма». Уместнее всего мемориальная доска в память об ижевцах смотрелась бы на Генеральском доме, где располагался штаб повстанцев, и откуда исходила твёрдая, законная власть. И где, кстати, в самый разгар репрессий заседала ЧК.

Источник: Никифоров Алексей. Месть - рабочим. Легенды и мифы Ижевского восстания // Сайт «РИА Новости». – 15.02.2007 (http://www.rian.ru/zabytoe/20070215/60778538.html)).

История профсоюзов, 2016 г.